Previous Entry Поделиться Next Entry
Дао Айдана.
lhardjes wrote in ua_integral
Тронуло. В этой статье не встречается слово "духовный", "духовность" и, читая ее, сразу понимаешь, что здесь оно было бы "не уместным", "лишним" и "не адекватным". Но, именно благодаря таким произведениям мы понимаем, чувствуем и переживаем ее в полной мере.

ДАО АЙДАНА.

Как философия Китая помогла мне жить с моим сыном.
 

Недоразвитое мозолистое тело.

Это - часть диагноза, который нервопатолог сообщил мне и моей жене после рождения нашего первого ребенка. Айдан, время от времени переставал дышать. Само по себе недоразвитие мозолистого тела не является обременительным. Оно вызывает ослабление или полное отсутствие той структуры, которая соединяет два полушария головного мозга. Люди с этим диагнозом могут жить долго и счастливо. Но, в сочетании с другими "аномалиями" мозга, как называют их врачи, это может приводить к глубокой инвалидности. Это и случилось с Айданом.

Айдан родился в 1991 году, и он никогда не смог пойти, заговорить или что-нибудь увидеть. Он был истерзан изъянами. Когнитивно, его развитие никогда не вышло за пределы младенчества. За время своих 14 лет жизни он перенес самые разнообразные потери. Когда ему было около 4 лет, катетор был введен ему в живот для подачи пищи. Когда ему было 11 , была проведена трахеостомия, чтобы обеспечить дыхание через шею.

Я не могу здесь рассказать о многом, о госпитализациях и операциях, кризисах при лечении, повседневных проблемах в связи с уходом за ребенком-инвалидом. Это было время разрушенных надежд и душевных переживаний. Из-за всего этого, мы искали смысл.

Моя жена оказалась ближе к христианству, но я не мог последовать за ней. По воспитанию католик, я уже давно соскользнул в скептицизм. Я просто уже не мог поверить, как подросток, в Кровь и Плоть.

И когда я сталкнулся с кризисом - эмоциональным, интеллектуальным и экзистенциональным, в связи с болезнью Айдана, то обратил свой взгляд на философию даосизма, которым я интересовался еще в колледже. Еще тогда я познакомился с его ньюансами. Но было это скорее интеллектуальное развлечение, теперь же он вернулся ко мне в качестве убежища. В нем нет отвлеченных рассуждений о Боге, принятия благости Божией перед лицом боли и страданий. Я не хотел говорить о Боге, я хотел понять жизнь Айдана и мое отношение к нему.

Даосизм помог мне в этом. В своем философском выражении он отличается от религиозных форм, обожествляющих определенные ритуалы и действия - даосизм лучше всего охарактеризовать как натуралистический. Он обращает наше внимание на обширную и сложную совокупность всех вещей: физических - на земле, невыразимых - от небес, и вечные вещи Вселенной. На разворачивание всего совершенно спонтанно и одновременно в то, что мы можем понимать как Дао или "путь". Мы - люди, не можем контролировать путь. Мы не в состоянии его полностью понять. Наш язык не в состоянии охватить его простор и сложность. "Все - есть путь, и на пути том все".

Обширность и тайна Пути прививает смирение даосам. Мы не можем повлиять на движение Пути, все, что мы можем - следовать вперед в неизбежное разворачивание вещей. Это знаменитое недеяние (у-вэй)изречение из Дао Дэ Цзин, основополагающего текста даосизма:

" Кто учится, с каждым днем увеличивает [свои знания]. Кто служит Дао, изо дня в день уменьшает [свои желания]. В непрерывном уменьшении [человек] доходит до недеяния. Нет ничего такого, чтО бы не делало недеяние. Поэтому овладение Поднебесной всегда осуществляется посредством недеяния. Кто действует, не в состоянии овладеть Поднебесной."

"Нужно сделать [свое сердце] предельно беспристрастным, твердо сохранять покой, и тогда вещи будут изменяться сами собой, а нам останется лишь созерцать их возвращение".

"Преодоление трудного начинается с легкого, осуществление великого начинается с малого, ибо в мире трудное образуется из легкого, а великое – из малого."

Существую бесконечные дискуссии среди комментаторов о том, насколько буквально мы должны понимать идеал "недеяния". Я склонен согласиться с теми, кто рассматривает это как предостережение, а не как абсолют. В конце концов и избегание действий противоречит трансформации природных условий. Конечно, весь фокус в том, чтобы знать, что является "естественным", а что - нет. Но, как правило, даосизм считает, что меньше делать - лучше.

В борьбе с множеством невзгод инвалидности Айдана, я нашел здесь утешение. Как отец, я инстинктивно хотел сделать что-то, сделать это правильно, чтобы решить эту проблему. Однако в его жизни существовало многое, что невозможно было изменить. Чтобы я ни делал, он не будет ходить, говорить или видеть. Я вообще не мог навязывать своих решений. Он любил поесть, и мы любили его кормить. Я не хотел желудочного зонда, адского устройства, лишающего его одного из немногочисленных удовольствий. Но у меня не было реальной альтернативы. В конце концов это должно было случиться, это было неизбежно. Родители детей-инвалидов, часто очень глубоко чувствуют свое бессилие перед лицом таких изнурительных испытаний.

Даосизм призвал меня отпустить мои надежды и желания. Он напоминал мне, что попытка добиться определенных результатов, иногда может привести к большим недоразумениям. В отличие от этого, простое принятие может дать новое понимание жизни Айдана. Вместо того, чтобы заботиться о том, что он не мог сделать, лучше было для всех просто действовать через те вещи, которые он на самом деле был в состоянии сделать.

Айдан слышал - и мы наполняли его мир чтением и музыкой. Айдан чувствовал запах- и мы наполняли его мир ароматами. Айдан чувствовал прикосновения - и мы давали их ему. Для меня, одной из величайших вещей, которую я мог сделать с Айданом - было просто посидеть с ним молча. Я часто намеревался обращаться к нему, а вместо этого устраивался в тишине. Много тех дней мы провели наедине друг с другом, и только наше общее дыхание нарушало тишину.

Даосизм научил меня не искать причины. Ранее, невролог сказал, что он не может сказать с уверенностью, чем вызвано такое необычное развитие мозга Айдана. Могут быть какие то конкретные объяснения, но я взял пример с него. Путь, в конце концов, находится за пределами нашего понимания. Лучше состредоточиться на том, что уже вокруг нас, а не на вещах вне нашего зрения. Чжуан-цзы, мудрейший из древних даосских писателей, так выразил это:

"Веселье и гнев, печаль и радость, надежды и раскаяние, перемены и неизменность, благородные замыслы и низкие поступки – как музыка, исторгаемая из пустоты, как грибы, возникающие из испарений, как день и ночь, сменяющие друг друга перед нашим взором. И неведомо, откуда все это? Но да будет так!"

Признание того, что "она просто есть" позволило мне избежать обвинений и вины, которые могли бы препятствовать моим отношениям с Айдан. Были моменты, когда моя жена и я отклонялись от того, что должно быть сделано. Она, как правило, занималоболее жесткую позицию и была более склонна к вмешательству. Но я научился не держаться за такие противостояния. В конце концов не важно, кто был прав. Важно было быть открытым к тонкостям Айдана.

Чжуан-цзы предложил обширные толкования терпимости. Я часто крутил у себя в голове следующий отрывок:

"Всматривайся в незримое и вслушивайся в беззвучное. Во мраке прозреешь свет, в тишине услышишь гармонию. Будь глубже глубокого – и сможешь постичь Сущее. Будь духовнее духа – и сможешь слиться с семенем жизни. Принимай все, что есть в мире: сливаясь с Отсутствующим, даешь каждому быть тем, что он есть; ускользая вместе с летучим временем, послужишь каждому опорой. Тогда великое окажется малым, длинное – коротким, а близкое – далеким."

Для меня это означало мальчика, который видел только тени. Мальчика, который никогда не будет читать или писать. Для некоторых это может показаться бессмысленным, но если помещать все в вечный и огромный путь, с его разннобразием и динамизмом, то все в нем обладает прекрасным смыслом. У каждого человеческого лица есть привлекательные черты, у каждого лица есть и свои недостатки. На просторах, мы все маленькие. У-вэй движется, независимо от наших побед и поражений, бесчисленные преобразования его развертывания превышают наше понимание. В нашем бессилии и несовершенстве все мы двигаемся как одно и тоже - как Путь.

Таким образом, я увидел, что в необычном начале жизни Айдан, в его недоразвитости, не было недостатков или неполноты. В его очевидной истерзанности был он весь сам по себе , его начало и его конец, неотъемлимы и ценны, как и любой другой человек.

( автор - Сэм Крейн, профессор кафедры политологии и восточных исследований при колледже Уильямса. Его сын - Айдан Крэйн умер в 2006 году).

  • 1
20 лет хожу в дом инвалидов (различные нарушения нервной системы). Многое из написанного мне знакомо. Самое сложное - полная безнадежность и бесперспективность. А ведь и это - жизнь.

И, как часто именно эта полная безнадежность и бесперспективность становится вначале проверкой "духовности", а потом у многих превращается в источник душевности...
Мне вспомнилась Дианка Хамильтон (ты, кажется была на практике Три-С). Ей пришлось многое в этом отношении пережить - рождение и воспитание ребенка дауна... но то, как она об этом рассказывала... и, если автор статьи черпал силы в Дао, то она в Дзен. И суть не в учениях, а в человеке...

Спасибо за эту статью. Очень вовремя мне попалась. Меня мучил нерешенный вопрос как быть... как принять страдания близких когда ты не можешь им помочь. Все что я мог - это впадать по этому поводу в депрессию и смутно понимать что есть альтернатива. Сейчас она стала для меня яснее

  • 1
?

Log in